Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

КРАСОТА СПАСЕТ МИР

Оригинал взят у yandoma в КРАСОТА СПАСЕТ МИР
Оригинал взят у ng68 в КРАСОТА СПАСЕТ МИР
Оригинал взят у philologist в Заброшенный шедевр русского зодчества
Оригинал взят у uzoranet в Заброшенный шедевр русского зодчества

Еще один прекрасный экспонат русского деревянного зодчества — особняк Поляшова, выдающийся не только удивительно изящным внешним видом, эклектичным модерном а–ля рюс, но и, не побоюсь этого слова, уникальными интерьерами. Его судьба, как и большинства русских деревянных шедевров, была бы плачевной, но в семидесятых чета художников умудрилась приобрести его в собственность у государства.
Collapse )



182 mln

То, что это произведение инженерного искусства может отработать 182 миллиона затраченных рублей в обозримом будущем вызывает сомнения. Несомненно одно, лихтеры и баржи будут здесь редкими гостями как и пассажирские суда, которые пророчат отправлять сюда на отстой. В любом случае этим деньгам можно было бы найти лучшее применение, хотя бы в строительстве и благоустройстве жилья или обустройстве среды обитания острова Кижи.

Кижское чудо за 182 млн. рублей
http://kizhi.karelia.ru/architecture/pages/glava-1-2012

Рабочее место художницы Наташи Манелис в Щербаковом переулке


Оригинал взят у jeann_hebuterne в Рабочее место художницы Наташи Манелис в Щербаковом переулке
Она заплетает в кудряшки колодезный свет,
сидит, утомив поясницу и брови сведя,
и держит палитру на вытянутой, как омлет
детсадовский, который годами готовят, но не едят.
Колодец похож на аквариум – блики, блеск
на отекающем, как долгая свечка, стекле.
За границей сред разрастается русский лес –
старинный, неумолкающий, сохранивший запах паркет.
На скрипы сосны отзывается муж-скрипач,
Заставляет рыб за стеклом плясать под его смычок,
рыбы слушают и разоблачаются – кто лист, кто грач,
кто прохожий, кто бес, кто залетный южный сверчок.
У Кузнечного рынка морошка – «лечит хворь», –
земляника – «лесную ягоду не нужно мыть».
Через каждые триста метров встает забор,
Чтобы было труднее помнить, легко – забыть.
И хозяин не барин здесь, и масло – не нож, а кисть,
всех вещей – сережки, Бердяев и венский стул.
Из аквариума выныривает рыжий лист,
повторяя форму разбежавшихся скул.
И с разбега – под крышу, к суетящимся голубям,
пахнущим голубями, на прогибающийся сплав.
По-настоящему невозможно ругать иначе, как любя,
и невозможно брать, ничего не дав.